Драгоценности для кофе: османский зарф

Рубиновый зарф из Лувра — всего 4,8 сантиметра в высоту — предлагает необычный взгляд на кофейную чашку. Зарфом называют держатель для чашки турецкого кофе; в этом случае он выполнен из золота, рубинов и алмазов. Лувр датирует предмет XIX веком и указывает, что он происходил из собрания султана Абдул-Хамида II. Лувр, OA 8031

У такой вещи особая притягательность: её назначение легко понять, а отделку хочется рассматривать долго. Кофейная чашка задаёт знакомый масштаб. Изгибы корпуса, чередование камней и цветочные гирлянды переводят разговор в область ювелирного искусства. У чашки появляется драгоценное обрамление, которое само становится главным предметом внимания. В этой встрече понятной функции и щедрого украшения и заключена прелесть зарфа.

Сорок рёбер и пять гирлянд

В каталоге Лувра рубиновый экземпляр обозначен номером OA 8031. Его диаметр составляет 5 сантиметров; золотой корпус опирается на низкую ножку. Двадцать витых рёбер с калиброванными рубинами чередуются с двадцатью рёбрами, украшенными алмазами огранки «роза». Над ними расположены пять цветочных гирлянд из алмазов бриллиантовой огранки. Волнистый верхний край зарфа и край его ножки тоже украшены алмазами огранки «роза». Лувр, OA 8031

Чередование красных и алмазных полос придаёт маленькому корпусу ощущение движения. Извивы рёбер направляют взгляд вокруг него, а цветочные гирлянды добавляют более свободный рисунок. Края участвуют в общей композиции наравне с центральной частью: их волнистая линия словно подхватывает изгибы каменных рядов. В таком силуэте можно увидеть миниатюрную драгоценность с основанием, корпусом и собственной короной.

Даже простое перечисление деталей впечатляет. Сорок украшенных камнями рёбер и пять гирлянд умещаются в предмете высотой менее пяти сантиметров. Его размер обещает короткий взгляд, но рисунок удерживает внимание: у каждой полосы есть своё место, а у всего узора — тщательно оформленная граница. Лувр, OA 8031

Зелёный вариант знакомого рисунка

Другой луврский зарф, OA 8032, позволяет увидеть похожую композицию в зелёном цвете. Он тоже золотой, высотой 5 сантиметров и диаметром 5,2 сантиметра. Здесь шестнадцать витых рёбер с калиброванными изумрудами чередуются с шестнадцатью рёбрами с алмазами огранки «роза». Над ними вновь появляются пять цветочных гирлянд из алмазов бриллиантовой огранки; волнистые края ножки и верхней части также украшены алмазами огранки «роза». Лувр, OA 8032

Зелёный цвет меняет настроение вещи, а меньшее количество рёбер задаёт иной ритм. При этом сходство композиций остаётся хорошо различимым. Сопоставление двух зарфов позволяет оценить, как много здесь зависит от пропорций и повторения. Камни привлекают внимание своим цветом, но характер предмета складывается ещё и из устройства всей формы. Низкая ножка и нарядный край словно заключают каждый корпус в отдельную рамку.

Рубины, вырезанные для своего места

Иной рисунок предлагает зарф из Музея исламского искусства в Катаре. Музей датирует его 1800–1899 годами и указывает диаметр 5,5 сантиметра. Ажурный золотой корпус расширяется к краю с фигурными выступами и стоит на расширяющейся книзу ножке. Рубины с таблитчатой огранкой и алмазы огранки «роза» образуют растительные завитки. Более мелкие алмазы расположены внутри самого завитка, который завершается группой из трёх крупных алмазов. Музеи Катара

Особенно выразительна подробность из музейного описания: рубины были вырезаны специально для промежутков, оставшихся в узоре. Очертания камня становились частью общего рисунка. В сравнении с повторяющимися рёбрами луврских зарфов здесь интересен другой принцип — точное соответствие золотого завитка и заполняющего просвет рубина. Ценность материала дополняется удовольствием от того, насколько тесно согласованы отдельные элементы. Музеи Катара

Трудоёмкость и стоимость изготовления музей связывает с богатством заказчика. Там же отмечается, что в XIX веке популярность подобных драгоценных предметов при османском дворе росла. Украшенные камнями курильницы для благовоний, сосуды для розовой воды и портсигары входили в убранство богатых домов османской знати. В этом окружении зарф оказывается частью более широкого вкуса к драгоценной отделке вещей с вполне понятным назначением. Музеи Катара

Музейное описание затрагивает и европейское производство: подобные изделия, как предполагалось, могли изготавливаться в Европе для экспорта. Сам катарский зарф музей считает вероятной работой придворной мастерской в Стамбуле, где в то время трудились и европейские мастера. Музеи Катара

Из султанского собрания в Лувр

У рубинового и изумрудного зарфов есть общая документированная связь с собранием Абдул-Хамида II. На продаже его драгоценностей в парижском Hôtel Drouot в 1911 году рубиновый экземпляр проходил под номером 198 и был продан за 12 600 франков. Изумрудный, лот 202, принёс 19 000 франков. Позднее оба предмета находились в коллекции Жоржа Гейне и в 1929 году были переданы Лувру по его завещанию. Лувр, OA 8031; Лувр, OA 8032

У этих вещей словно существуют две меры. Сантиметры описывают их камерный масштаб, а аукционные суммы сохраняют конкретный эпизод истории этих собраний. Рядом с цифрами остаётся другое впечатление: красная полоса следует за алмазной, цветочная гирлянда завершает движение линий, украшенный край собирает форму воедино.

Любителю ювелирного искусства в зарфе есть на чём задержать взгляд. Золото даёт ему корпус, камни и изгибы — характер, а кофейная чашка сохраняет связь со знакомой вещью. Держатель приобретает собственную выразительность; его ясное назначение лишь усиливает удивление перед количеством внимания, сосредоточенного в столь небольшом предмете.